«И долго буду тем любезен я и этим…»
Владимир Вишневский
Пушкинские даты принято отмечать широко и торжественно. Кажется, что так было всегда. Можно вспомнить, знаменитую речь Фёдора Достоевского, сказанную им на открытии памятника Пушкину в Москве. Можно вспомнить ставшую крылатой фразу о нём другого русского поэта 19-го века Аполлона Григорьева: «Пушкин – наше всё». С детских лет, с «энциклопедии русской жизни» – «Евгения Онегина» мы не задумываемся об этом. Мы просто это знаем.
И у каждого из нас – не только у Марины Цветаевой, почитавшей поэта как святыню — свой Пушкин. Каждый по-своему его «видит» и чувствует. Этому есть своё объяснение, своё оправдание. Впрочем, многоликость Пушкина зафиксирована, например, в книге Викентия Вересаева «Пушкин в жизни». Разным людям он виделся и русым, и черноволосым, даже рыжим… Цвет его глаз также варьируется от чёрного (тёмного, карего) до серого (синего)…
У каждого – свой Пушкин. Но и – общий, один на всех. «Здесь русский дух, здесь Русью пахнет!» — так словами Поэта определил эту всеобщность Пушкина В. Белинский.
Редкий поэт не посвящал Пушкину своих стихов. У каждого из них свои, особые отношения с поэтом. Вот, например, у Давида Самойлова в стихотворении «Болдинская осень»:
«… Какая мудрость в каждом сочлененье
Согласной с гласной! Есть ли в том корысть!
И кто придумал это сочиненье!
Какая это радость — перья грызть!
Быть, хоть ненадолго, с собой в согласье
И поражаться своему уму!
Кому б прочесть — Анисье иль Настасье?
Ей-богу, Пушкин, все равно кому!»
«Весёлое имя – Пушкин!» — восклицал Александр Блок. Может, поэтому слагались о нём анекдоты, причём не только в прошлом веке.
Популярны, скажем, анекдоты Даниила Хармса (или ему приписываемые). Вот один из них:
«Пушкин часто бывал в гостях у Вяземского. Подолгу сидел на окне, всё видел и всё знал. Он знал, что Лермонтов любит его жену. Поэтому он считал не вполне уместным передать ему лиру. Думал Тютчеву послать за границу. Не пустили. Сказали: не подлежит, имеет художественную ценность. А Некрасов ему как человек не нравился. Вздохнул и оставил лиру себе».
Получается, что классика – она только для тех классика, кто знает это, кому об этом рассказали (вдолбили в голову)?.. В советское время «ходил» анекдот про школьную учительницу, перепечатывавшую для своего сына на машинке «Вешние воды» Тургенева. «Зачем Вы это делаете?» — спрашивают её. – «А что делать, если мой сын ничего, кроме самиздата, не читает?..»
Сейчас времена другие, конечно. Печатают всё. Но ведь для тех из нас, кто не читал (или почти не читал) Пушкина или того же Тургенева, — они всё равно совершенно новые писатели. А выдать их за самиздат невозможно…
Подготовила Елена Токаренко
(в материале использована информация из открытых источников)
Источники:
Соло на ундервуде — Записные книжки — Романы С. Довлатова
Список книг и других произведений Даниила Хармса
Стихи о Пушкине
Шевляков, М. В. Пушкин в анекдотах. Анекдоты из жизни Пушкина / М. В. Шевляков. — Орел : Эльзевир, 1992. — 190 с.
