14 сентября в нашей стране будет отмечаться День танкистав России. Этот праздник был учрежден в 1946 году за заслуги бронетанковых войск в Великой Отечественной войне. До 1980 года праздник отмечали 11 сентября, а последующие годы — во второе воскресенье сентября.
Немало наших земляков служили в бронетанковых войсках. Один из них – уроженец д. Медведево Н. М. Майоров. Николай Михайлович проходил срочную службу в Германии. Длилась она с июля 1952 г. по октябрь 1955 г., т.к. в 1949 г. был принят закон, по которому в Вооруженных Силах СССР срок службы составлял в Сухопутных войсках и Военно-воздушных силах 3 года, а в Военно-морском флоте (ВМФ) – 4.
Сегодня мы публикуем отрывки из книги воспоминаний Николая Михайловича Майорова «Память», рассказывающие о его армейских буднях и праздниках:
«Служба в армии
Во солдатушках-ребятушках не у маменьки родной.
Не поставит самоварчик, не закричит, иди домой.
…в июле 1952 г. мне дали повестку в армию. Вся деревня пришла провожать меня в армию. Народу пришло столько, что в избе всем не хватило места. Стояли в сенях и на улице. Раньше рекрутов провожали всей деревней и у всех на глазах были слезы, не могли забыть, как провожали родных на войну, и память та была еще свежая. Старые прощались с рекрутом в конце деревни, у березы. Молодежь шла в город до пересыльного военкомата по улице Соловьева. В то время ребята старались сами идти в армию, а если кого не брали, то они очень переживали…
Майоров Н.М. Германия, 1953 г.
Курс молодого бойца до присяги я проходил в городе Шуя Ивановской области. Там было офицерское пехотное училище, вот они-то нас и обучали всему. Дали они нам прикурить на первые разы службы. Утром подъем и физзарядка и бегом километра четыре, до лягушенского парка, так он у них назывался. Тяжело было привыкать после гражданской жизни, все нужно исполнять, все приказы. Питания тоже не хватало, кормили ухой из трески, а в ней пшеничная крупа. После отбоя мы убегали в магазин покупали буханку хлеба и конфеты-подушечки, прятались за магазин и ели там. В Шуе на ткацких фабриках много девчат работало, и когда нас водили утром строем в баню, а девчата выходили с ночной смены, то увидев нас, такой крик они поднимали!
…Приняли мы присягу и нас повезли в телячьих вагонах до города Фюрстенберга, к северу от Берлина. Там пересадили в другие вагоны, так как в Польше и Германии железные дороги у́же наших. Когда ехали, из вагонов были видны воронки от взрывов, оставшиеся после войны. Прошло уже семь лет, но руины были заметны по России, Польше, Германии. Прибыли мы в часть, в город Нойруппин. Дивизия располагалась между двумя городами Нойруппин и Альтруппин. Говорили, что до войны в этих местах обучались офицеры — эсэсовцы, а Гитлер ходил по Нойруппину без охраны. Выстроили нас на плацу и сказали: «кто с металлом знаком, шаг вперед». Я вышел и все кто вышли, попали в танковую часть, а которые остались стоять – на шоферов учились.
«Я понял одну нехитрую истину. Она в том, чтобы делать так называемые чудеса своими руками». (А. Грин «Алые паруса»)
Александр Степанович Грин (1880 – 1932) — это уникальная фигура в русской литературе, представитель неоромантизма и создатель удивительной страны «Гринландии».
Александр Грин — писатель, который подарил миру не книги, а мечту. Его произведения — это побег в страну ярких морей, отважных капитанов и городов, где возможно всё. Несмотря на сложную судьбу, он создал вселенную, где доброта, мужество и романтика побеждают любые невзгоды.
16 июня исполнилось сто лет со дня рождения Детского центра «Артек». К юбилею на нашем сайте публикуем материалы, которые были собраны Надеждой Евгеньевной Костылевой, заведующей отделом обслуживания центральной библиотеки:
«Как тебе про «Артек» рассказать? На рассвете красив он и днем. Даже если испишешь тетрадь, Все равно не расскажешь о нем…».
М. Пляцковский
В «Артеке» побывали миллионы детей. Каждый из них по-своему рассказал бы о береге счастливого детства. Жителю п. Медведево Александру Ильичу Емельянову посчастливилось отдыхать в легендарном пионерском лагере Артек в мае 1966 года. У него сохранился дневник, где он записывал свои детские впечатления и эмоции: «В середине апреля 1966 г. я готовил домашнее задание. Домой прибежала мама, учитель литературы и русского языка, Емельянова Анастасия Александровна. Она и объявила, что на нашу Медведевскую школу выделили путевку в Артек. Этому событию я не очень обрадовался, сказал, что мне надо заканчивать 5-й класс. Ехать в Артек в мае месяце я категорически отказался».
В рамках военно-патриотического месячника в Медведевской центральной библиотеке для учащихся 6 «Б» класс СОШ № 2 был проведен урок мужества «Был город фронт, была блокада», посвященный 81-й годовщине снятия блокады Ленинграда.
Детям рассказали о героизме и стойкости детей и простых жителей города-героя. Обречь на мучительную медленную смерть как можно больше людей, оставшихся в живых, лишить воли к сопротивлению, взять Ленинград голыми руками, такова была фашистская стратегия голода. От малого до старого все испытывали голод, но они трудились и жили с надеждой на торжество победы. Острый голод давал о себе знать всё сильнее, умирали молодые и старые, мужчины, женщины, дети.
Смерть настигала людей везде: на улице человек падал и не поднимался, в квартире – ложился спать и засыпал навеки. Нередко жизнь обрывалась у станка. Дети ждали хлеба. А где его взять? Матери отдавали всё, что могли, что имели, только бы обменять свои вещи на хлебные карточки. Людям хотелось именно хлеба, хлеб им просто снился, чудился. Это было главное богатство. Кусочек, который они получали в булочной, прятали, сосали по чуть-чуть, они его резали на маленькие кусочки, делили его на весь день.
Какое это было психологическое напряжение – этим куском хлеба распорядиться так, чтобы дожить до завтра, чтобы голод не так чувствовался, хотя голод был постоянный. Во всех блокадных дневниках, воспоминаниях – везде пишется о хлебе как о чем-то единственном, неповторимом, самом важном. На фоне этого голода хлеб оказался главной ценностью.
«Блокадный хлеб» – это символ мужества и стойкости жителей Ленинграда, которые выжили в условиях блокады города во время Великой Отечественной войны. Этот хлеб состоял из ржаной муки с добавлением целлюлозы, соломы и других заменителей муки. Борис Тарасов, в 1941–1942 гг. девятилетним ребенком пережил блокаду Ленинграда, написал книгу воспоминаний «Блокада в моей судьбе». В ней есть и главы, посвященные блокадному хлебу. «Надо представить себе этот хлеб. Он чёрного цвета, скорее похожий на кусок слипшейся глины. Даже когда продавщица тщательно нарезала его на кусочки, ни одна крошка из него не падала…»
В течение мероприятия демонстрировались кадры кинохроники тех лет, а также воспоминания людей, переживших блокаду, во время которой они были детьми и мечтали хотя бы о маленьком кусочке хлеба. Мы никогда не сможем почувствовать ужасы тех военных лет. Мы не сможем это вспомнить и заново пережить, потому что это было не с нами. Но мы о них должны помнить!
Зав. сектором по работе с молодежью: Бакаева З. М.
7 августа отметил 90-летний юбилей выдающийся химик Рим Кузьмич Бальченко. В 1991 году он стал лауреатом Государственной премии за одну из важнейших разработок ГОСНИИОХТ. В 2014 году ученый был удостоен звания Почетный житель города Шиханы. Несколько детских лет, которые пришлись на военное время, он провел в д. Медведево Марийской АССР.
1946, Рим Бальченко в верхнем ряду второй слева, Коля Майоров в нижнем второй справа. Директор школы Борис Михайлович Крюков и учительница Руфина Григорьевна Шомина
Подготовила зав. отделом обслуживания Костылева Н. Е.
29 июня в нашей стране отмечается День партизан и подпольщиков. Этот праздник появился в календаре памятных дат России в 2009 году. Дату для него выбрали не случайно — 29 июня 1941 года была опубликована директива Совнаркома и ЦК ВКП (б) о создании в местных органах власти, профсоюзах и комсомольских ячейках партизанских отрядов для борьбы с захватчиками на прифронтовых и оккупированных территориях. В тылу врага действовали мужчины, женщины, подростки, в общей сложности, более одного миллиона человек.
Среди них с фашистскими захватчиками сражался Афанасий Васильевич Видякин, многие годы проработавший в Медведевской средней школе учителем труда. Он оставил воспоминания о боевой юности, которые мы сегодня публикуем для вас, наши читатели.
В память о библиотекаре Галкиной Екатерине Лукиничне, проработавшей более 30 лет в Медведевской районной библиотеке. Екатерина Лукинична Ключник родилась в 1924 г. в г. Сумы Украинской ССР. 2 августа 1943 г. была насильно вывезена в Германию. Находилась в Восточной Пруссии в г. Кёнигсберге. 6 апреля 1945 г. освобождена советскими войсками.
Предлагаем познакомиться с подборкой книг, сохранивших воспоминания узников концентрационных лагерей фашистского режима:
Маццео, Тилар. Дети Ирены : драматическая история женщины, спасшей 2500 детей из варшавского гетто : [16+] / Тилар Маццео ; перевод с английского Д. В. Шляпина. — Москва : Эксмо, 2023. — 381 с. — (Жизнь в лагере смерти. Пронзительные истории выживших).
Книга рассказывает историю о том, как: миниатюрная женщина тайно выстроила целую сеть по спасению детей, вместе с соратниками выводила детей из гетто по канализационным трубам, прятала под пальто и в гробах, проскальзывала через потайные ходы в заброшенных зданиях. Ирена стала одной из ключевых фигур Сопротивления, которое сумело вырвать ее из застенков гестапо, и беспримерным символом мужества для всех женщин.
Ирена Сендлер — национальная героиня Польши, которую сравнивали с Оскаром Шиндлером и номинировали на Нобелевскую премию мира.
Полян, Павел Маркович. Жизнь и смерть в аушвицком аду : [центральные документы Холокоста] : [16+] / Павел Полян. — Москва : АСТ, 2018. — 639 с. — (История де-факто).
Члены «зондеркоммандо», которым посвящена эта книга, это вспомогательные рабочие бригад в Аушвице-Биркенау, которых нацисты составляли почти исключительно из евреев, заставляя их ассистировать себе в массовом конвейерном убийстве десятков и сотен тысяч других людей, — как евреев, так и неевреев, — в газовых камерах, в кремации их трупов и в утилизации их пепла, золотых зубов и женских волос. То, что они уцелеют и переживут Шоа, нацисты не могли себе и представить. Тем не менее, около 110 человек из примерно 2200 уцелели, а несколько десятков из них или написали о пережитом сами, или дали подробные интервью. Но и некоторые погибшие оставили после себя письменные свидетельства, закапывая их в землю и пепел вблизи крематориев Аушвица-Освенцима. Часть из них была там и обнаружена после войны. Эти свитки — бесспорно, центральные документы Холокоста.
Эгер, Эдит Ева. Выбор : о свободе и внутренней силе человека : [18+] / Эдит Ева Эгер при участии Эсме Швалль-Вейганд ; перевод с английского Татьяны Лукониной и Дарьи Смирновой ; [предисловие Филипа Зимбардо]. — 3-е издание, переработанное и исправленное. — Москва : Манн, Иванов и Фербер, 2021. — 341 с. — (New York Times Bestseller).
Эдит Ева Эгер в юном возрасте была отправлена вместе со своей семьей в Аушвиц. Там ее родители погибли в газовой камере, а Эдит и ее сестра испытали на себе все ужасы лагерей смерти. Через 35 лет после окончания войны, став известным психологом, Эдит вернулась в Аушвиц, чтобы избавиться от воспоминаний о прошлом и вины выжившего.
Эта книга не просто мемуары пережившего холокост человека, это незабываемые хроники героизма и стойкости, милосердия и исцеления. Она показывает, что мы всегда можем выбирать, чему нас учит жизнь и как относиться к происходящему.
Винд, Эдди де. Последняя остановка Освенцим : реальная история о силе духа и о том, что помогает выжить, когда надежды совсем нет : [16+] / Эдди де Винд ; перевод И. Гривниной. — Москва : Бомбора : Эксмо, 2023. – 374 с. — (Выбирая жизнь. Книги о силе духа).
В 1943 году, в разгар немецкой оккупации Голландии, нацисты забрали мать Эдди де Винда в пересыльный лагерь для евреев в Вестерборке. Чтобы спасти ее, он добровольно отправился туда и в обмен на ее освобождение согласился работать в лагере врачом. Но спасти мать Эдди не успел: ее уже перевели в Освенцим, а через год Эдди и сам оказался там вместе с молодой женой Фридель.
В Освенциме их разделили: Эдди был вынужден работать фельдшером в одном из мужских бараков, Фридель оказалась в женском блоке, где проводили варварские медицинские эксперименты печально известные врачи Йозеф Менгеле и Карл Клауберг. Подходить к женскому бараку и разговаривать с ее обитательницами было строжайше запрещено. За нарушение – расстрел. Но Эдди это не смогло остановить – страх потерять Фридель был сильнее страха смерти.
Глацар, Р. Ад за зелёной изгородью ; Записки выжившего в Треблинке : перевод с немецкого / Р. Глацар. — Москва : Текст, 2002. — 205 с.
Книга Рихарда Глацара (1920-1998), одного из немногих спасшихся узников нацистского лагеря уничтожения Треблинка, — поразительное свидетельство страшных преступлений гитлеровского режима. Из почти миллиона евреев, попавших в Треблинку, выжило не более ста человек.
Андриянов, В.И. Архипелаг OST: Судьба рабов «Третьего рейха» в их свидетельствах, письмах и документах. — Москва : Молодая гвардия, 2005. — 222 с.
Свыше пяти миллионов наших соотечественников угнала фашистская Германия в годы Великой Отечественной войны на каторгу. Их называли «восточными рабочими». О судьбах рабов Третьего рейха рассказывает документальная повесть писателя Виктора Андриянова «Архипелаг OST». Она основана на свидетельствах самих остарбайтеров, архивных документах и восстанавливает малоизвестные страницы истории.
Бойн, Джон. Мальчик в полосатой пижаме : [роман : 12+] / Джон Бойн ; [перевод с английского Елены Полецкой]. — Москва : Фантом Пресс, 2020. — 285 c.
Вас ждет необычное путешествие вместе с девятилетним мальчиком по имени Бруно. Вот только сразу предупреждаем, что книга эта никак не предназначена для детей девятилетнего возраста, напротив, это очень взрослая книга, обращенная к людям, которые знают, что такое колючая проволока. Именно колючая проволока вырастет на вашем с Бруно пути. Такого рода ограждения достаточно распространены в нашем мире. Остается только надеяться, что вы лично в реальной жизни не столкнетесь ни с чем подобным. Книга же наверняка захватит вас и вряд ли скоро отпустит.
Вайсман, Робби. Мальчик из Бухенвальда : невероятная история ребенка, пережившего Холокост : [16+] / Робби Вайсман, Сьюзен Макклелланд ; перевод с английского И. Д. Голыбиной. — Москва : Эксмо, 2021. — 285 с. — (Феникс. Истории сильных духом).
Когда в мае 1945 года американские солдаты освобождали концентрационный лагерь Бухенвальд, в котором погибло свыше 60 000 человек, они не могли поверить своим глазам. Наряду со взрослыми узниками их вышли встречать несколько сотен мальчиков 11–14 лет. Среди них был и Ромек Вайсман, оставшийся из-за войны сиротой. Психиатры, обследовавшие детей, боялись, что им никогда не удастся вернуться к полноценной жизни, настолько искалеченными и дикими они были. Спустя много лет Ромек рассказывает свою историю: об ужасах войны, о тяжелом труде в заключении, и о том, что помогало ему не сдаваться. Его книга показывает: конец войны — это еще не конец испытаний. Пройдя сквозь ад на земле, самое сложное — это справиться с утратой всей семьи, найти в своем сердце любовь и силу к тому, чтобы жить дальше.
Никифорова, Антонина Александровна. Это не должно повториться : [16+] / Антонина Никифорова. – Москва ; Санкт-Петербург : Речь, 2017. – 188 с. — (Скажи жизни «Да!»).
Военврач III ранга Краснознамённого Балтийского флота Антонина Александровна Никифорова три с половиной года провела в гитлеровском плену, из них свыше года в концлагере «Равенсбрюк», созданном специально для пленных и заключённых женщин. Опубликовав свои записки, А. А. Никифорова — «доктор Антонина», как называли её узники лагеря, — словно выполнила волю десятков тысяч жертв Равенсбрюка — русских, полек, чешек, немок, француженок, голландок, евреек, задолго до освобождения условившихся о том, что страшная правда о чудовищной системе уничтожения людей, которую применял фашизм, должна стать известна всему миру.
Мы выжили чудом : воспоминания узников фашистских концлагерей : [сборник : 16+] / составители В. Зобова и [др.]. — Москва : Новое небо, сор. 2019. — 285 с.
Сборник воспоминаний тех, кто вышел живым из ада. Тех, кто прошел Треблинку, Майданек, Дахау. Тех, кто доподлинно узнал, что такое фашизм, в свои 10, 15, 20 лет… Воспоминания бывших узников концлагерей – документальны. Их авторы – самые обычные люди, которые вспоминают то, что навсегда врезалось в память – как угоняли с родной земли, какие изуверские эксперименты ставили на них фашисты, как удалось выжить. Это книга их памяти и – чтобы мы сегодня помнили, что такое фашизм.
11 апреля весь мир отмечает День освобождения узников фашистских концлагерей. Для нашей страны это особая дата, так как около 5 миллионов погибших в аду фабрик смерти являлись нашими соотечественниками. К счастью, не все узники концлагерей погибли. Среди выживших есть и наши земляки.В государственном архиве РМЭ хранятся их короткие, но искренние истории, отрывки из которых публикуем сегодня:
Кучков Иван Иванович, 1920 г.р.
«До войны я работал в колхозе «Йошкар Пиштер» рядовым колхозником. Питались тем, что сажали в огороде, а когда маленьким был, ходил в Йошкар-Олу попрошайничать хлеб. В школе проучился всего четыре класса…
…Служил на границе с Белоруссией. Начали бомбить, нас подняли по тревоге. Вот и началась война. У нас, молодых воинов не было винтовок, поэтому нас окружили немцы. Вот так я попал в плен в г. Гданц. Сколько унижений пришлось терпеть! Еле живой остался. Били, давали баланду, пол ломтя хлеба на день и стакан воды… Немцы, которых мне «посчастливилось» увидеть, были очень жестокими. Нас заставляли делать всю тяжелую работу: копать траншеи, добывать уголь, очень жестоко били, унижали, как могли».
Падимиров Александр Николаевич, 1924 г.р.
«…В плен попал в конце 1943 г. Был отправлен в Германию на работу к графу Арним. На ферме графа занимался сельскохозяйственными работами. Пока был в плену, матери прислали похоронку. 2 апреля 1945 г. в общей неразберихе убежал из плена к своим. После проверки меня обмундировали и приписали к действующей части. А 9 мая кончилась война.
Михайлов Леонид Ильич, 1922 г.р. (из домашнего архива дочери ветерана)
«10 июля 1941 г. наша часть была полностью окружена немецко-фашистскими полчищами в районе Дзержинского укрепрайона в 15 км западнее Минска. Во время попытки выйти из оккупации в одном из боёв я был ранен в голову и контужен. В память пришел в немецком госпитале в Брест-Литовске. После немногого выздоровления 15 августа был вместе с другими товарищами выписан в лагерь для военнопленных Бяла-Подляска (Польша). В данном лагере смерти под открытым небом жил до 20 ноября 1941 г., а с 20 ноября в лагере на территории Австрии. Из этого лагеря 15.09.42 г. удалось сбежать и примкнуть к чехословацким партизанам, где был до 3.04.1945 г.».
Богомолов Василий Григорьевич, 1925 г.р.
«Попал в плен в 1944 г. в Кировограде… Я был ранен, в лагере военнопленных сделали перевязку. Потом нас повезли в Польшу в «телячьем вагоне». Один из ребят распечатал окно и выпрыгнул на ходу. Но его с собаками стали искать, нашли и больше мы его не видели. Привезли нас в концлагерь в Саган. Там каких только национальностей не было! Стали допрашивать партийный или нет. Я отвечал, что проучился 8 классов. Думаю: «Ну, вот и все. Конец мне пришёл». А потом по счастливой случайности как-то сунулся в другую колонну и остался жив. Но всякий раз, когда немцы приходили за кем-нибудь, думал, что за мной и прятался под нары. Кормили очень плохо: шпинат и 200 гр хлеба из опилок. Много, очень много умирало народу. Я бы тоже, наверное, умер бы, если бы меня не взяли на работу. Попал работать на станцию далеко от лагеря. Уголь разгружали из вагонов. Было очень тяжело. Часто били. Однажды били винтовкой, и у меня пошла кровь, тогда меня перевели работать на территорию станции лагеря. По соседству с нашим лагерем в Сагане через колючую проволоку был лагерь союзников. Там было все по-другому, не как у нас. Чисто, заключённые получали посылки. Иногда из этих посылок они перекидывали что-то нам. И люди, доведенные до отчаяния голодом, тяжелейшими работами, кидались на эти продукты.
Освободили нас 16 апреля 1945 г. Не один раз прошёл через особый отдел. Из Германии попал в Чехословакию (в Прагу), затем в Вену. Вена в то время была разделена на 5 частей: английскую, французскую, русскую и нейтральную. Французы были самые приветливые, всегда здоровались. Американцы тоже поначалу были доброжелательные, но позже отношения испортились. Самыми неприветливыми были англичане. Гордые, никогда не приветствовали нас.
О Победе узнал в Чехословакии. Радости не было предела: стреляли, обнимались, целовались, ликовали. Когда вернулся, узнал, что мать на меня похоронку получила. Но она не верила и продолжала молиться Николаю Чудотворцу. Наверное, именно это меня и спасло… После войны хотел устроиться на завод – не взяли, т.к. был в плену. Пошёл учиться в лесную школу. Работал техником-лесничим. Очень хочется сказать будущим поколениям: НЕ НАДО ВОЙНЫ! (Записано 23.09.2007 г.)».
Чернин Павел Фёдорович, 1925 г.р.
«При освобождении территории от немцев, мы наткнулись на концлагерь, где был завод по изготовлению мыла. Оказалось, что здесь использовали человеческий жир для изготовления мыла. После этого случая я долгие годы не мог заставить себя пользоваться мылом».
У каждого из нас свои воспоминания о школе, о первых отметках, о любимых уроках, об одноклассниках. И, конечно же, об учителях. О тех уважаемых людях, которые оставили след в нашем сердце, образы которых сопровождают нас на протяжении всей жизни, вдохновляют на добрые поступки и служат опорой в трудную минуту. Предлагаем вашему вниманию несколько маленьких эпизодов школьной жизни прошлого, которыми поделились наши читатели:
Петрова Татьяна Анатольевна, 1948 г.р.
— Первой моей учительницей была Хинёва Зоя Ивановна. Как-то на встрече выпускников она подсела ко мне и говорит:
– Я ведь, Татьяна, чуть не плакала, когда ты пришла ко мне в первый класс!
– Почему? — спрашиваю.
– А потому, что все первоклассники знали только по одной или по две буквы, а ты уже письма писала. Я не знала чем тебя занять…
Вахрамеева Лидия Николаевна, 1946 г.р.
— С восьмого класса я училась в Медведевской школе. Мы жили в интернате на ул. Медведево, рядом с библиотекой. У мальчиков окна выходили на улицу, а у нас, девочек, во двор. Потом жили в школе у Шошинского озера. Кушать ходили в столовую строем, наискосок от интерната. Она находилась на ул. Советской. Каждому давали талон, напечатанный на папиросной бумаге, директор Хорошаев Н.Д. ставил на него печать. Если талон потеряешь, то останешься без обеда и ужина.
Коряков К.Т. с учениками
— Мне путевку в жизнь, можно сказать, дал учитель марийского языка Коряков Ксенофонт Тимофеевич. Я писала стихи на марийском языке в районную газету. А Волкова Мария Захаровна преподавала у нас литературу и русский язык. Если ей сочинение мое нравилось, то она говорила: «Перепиши для меня». Она на выпускной вечер сшила для меня платье. Я хотела сама сшить, но Мария Захаровна попросила разрешения позаботиться обо мне и я согласилась.
Березина Фаина Герасимовна,1940 г.р.
— Я научилась читать по газетам, которыми были оклеены стены дома. В 1-й класс пошла в 1947 г. в Алёнкинскую школу. Учил нас Рыбаков Семён Кузьмич. Занимались по два класса в одном помещении: 1-й класс занимался вместе с 3-м.
Бальченко Рим Кузьмич, 1934 г.р.
Рим Бальченко с аккордеоном, 1946 г.
У солдата Ждановича я аккордеон купил. На вечерах отдыха для учителей играл на нем фокстрот, вальс, краковяк. Аккомпанировал Евгении Гавриловне Капустиной, она пела песню, в которой такие слова были:
За дальнею околицей, за молодыми вязами,
Мы с милым, расставаясь, клялись в любви своей.
И было три свидетеля: река голубоглазая,
Березонька пушистая, да звонкий соловей…
Бахтина Вера Васильевна, 1945 г.р.
Когда в школе устраивали танцы в школьном здании по ул. Медведево убирали перегородку, тогда класс становился в два раза больше. Танцевали полечку, краковяк, вальс, фокстрот, танго. Старики и старушки посёлка приходили посмотреть, как танцует молодёжь. Тогда носили платья с широким подолом – солнце-клёш. Когда девушки танцевали, ситцевые широкие подолы красиво развевались. А танцевали под патефон. Тон задавали, конечно, учителя. От них учились новым танцам. Обязательно приходил директор школы Хорошаев Николай Дмитриевич с женой Екатериной Павловной.
Зайчук Лидия Михайловна, 1952 г.р.
Девчата баскетбольной команды с учителем Прилипко В.И., 1965 г.
— Моя первая учительница Шомина Руфина Григорьевна, она была нам как мама, даже после окончания начальной школы мы часто к ней бегали пообщаться.
— Я очень любила физкультуру. После уроков радостно бежала в спортзал. Учитель физкультуры Прилипко Владимир Иванович разрешал детям играть допоздна. И так натренировались, что выиграли на республиканских соревнованиях. А меня взяли в баскетбольную команду республики, с которой я поездила по городам СССР.
Агафонцева Людмила Леонидовна, 1968 г.р.
— Моя учительница первая — Ланец Зоя Владимировна. Она говорила детям, что нужно учиться хорошо и тогда, может быть, возьмут в космонавты.
